Пандемия разорения. Коронавирусные ограничения уничтожили сотни тысяч предприятий

Интернет-портал «Свободные новости. FreeNews-Volga» от 19.12.2020

Помощь бизнесу со стороны региональных властей — очередное «достижение» Петербурга в период пандемии. И дело даже не в том, что в самый горячий для сферы услуг период — в новогодние праздники — рестораны, кафе, салоны красоты, зрелищные заведения в Петербурге фактически перестанут работать. Само по себе ограничение на фоне катастрофической коронавирусной статистики в регионе понятно и, может быть, правильно. Но при этом никакой помощи ресторанному бизнесу город пока не предложил.

— Мы просим городское правительство: проверяйте жестче соблюдение санитарных требований, но не закрывайте бизнес совсем, — говорит председатель совета Союза малых предприятий Санкт-Петербурга Меньшиков. — Это было бы наилучшей мерой поддержки.

Совершенно необъяснима форма, в которой введены ограничения. Не ясно, говорят рестораторы, чем их залы, продезинфицированные с макушки до пят, со столиками, расставленными в двух метрах друг от друга, опаснее питерской подземки, где, наоборот, сокращены интервалы между поездами, чтоб народу набивалось побольше. И рестораны не то чтобы совсем закрыты: с 25 декабря и до конца праздников они работать могут, но только до 19 часов, с 30 декабря по 3 января — вообще не могут. И никто не рассказал бизнесменам, что это за метки такие временные, после которых, видимо, все засыпают, но просыпается вирус.

Питерский общепит вообще стал если не самой пострадавшей, то самой громко заявившей о своих страданиях отраслью. Рестораторы стонали еще во время первой волны, когда их заведения простаивали три месяца.

— Но в тот период это выдержать было легче, — говорит ресторатор Александр Коновалов, создатель «Карты сопротивления» общепита ограничительным мерам. — Во-первых, тогда закрыто было всё, то есть все были в равных условиях. У многих арендодатели не брали плату, поставщики и контрагенты относились с пониманием. И, главное, был какой-то «жирок» с прежних, допандемийных, времен. Какие-то игроки уже тогда ушли с рынка, а те, кто остался, в июле вернулись с совсем затянутыми поясами. Но дальше, слава богу, сработал эффект отложенного спроса.

Потом рестораторы, продолжает Коновалов, поверили обещаниям властей не устраивать нового локдауна на время второй волны — и начали продавать билеты на новогодние шоу и заключать контракты на корпоративы. Теперь они не просто лишаются выручки в самый «высокий» период: им надо массово возвращать деньги клиентам.

— Это как обухом по голове, — сокрушается Коновалов. — Мы пытаемся убедить клиентов подождать, вдруг власть все-таки найдет компромисс.

Компромисс, предложенный вице-губернатором Петербурга Евгением Елиным (тем самым, который объяснил нам, что полиция — это орган насилия), выглядит, по словам Коновалова, нестандартно. Первая его идея, говорит Коновалов, — проводить новогодние вечеринки по утрам. Корпоративы превратить утренники. Вторая, передает ресторатор слова вице-губернатора, — кормить и развлекать клиентов на улице. Вирус, наверное, будет в восторге.

Самому Коновалову еще летом, после первого локдауна пришлось закрыть крупнейшее из своих заведений — и одно из самых известных ресторанно-зрелищных пространств в Петербурге: пустым стоит огромный комплекс «Голицын лофт» на Фонтанке.

— Это был кластер, где в разное время работало от 60 до 80 заведений, — рассказывает владелец. — В итоге работу потеряло больше восьмисот сотрудников. Арендодатель, к сожалению, не шел ни на какие уступки. Новых арендаторов вместо нас он не нашел до сих пор.

Точное число предприятий, закрывшихся в Петербурге насовсем, назвать пока невозможно.

— Даже если и публикует кто-то статистику, ее нельзя считать корректной, — уверен Владимир Меньшиков. — Реально отражают ситуацию только две цифры: налоговые поступления и количество занятых. А сейчас, по данным налоговой инспекции, около 40 процентов предприятий вообще не подают отчетность.

Представители бизнеса и чиновники в один голос говорят, что статистика должна появиться после подачи налоговой отчетности за 2020-й и подведения итогов по росту числа безработных. А пока масштаб явления можно оценить по числу пустующих помещений и надписей «Аренда» на них.

— Понять, как малый бизнес пережил пандемию и экономические потрясения, можно будет только через полгода после того, как снимут все ограничения и мы вернемся к нормальной полноценной жизни, — считает Владимир Меньшиков. — Даже те, кто сейчас работает, не уверены, что устоят и выживут. Поэтому и прогнозы невозможны, мы не знаем, как будет развиваться ситуация. А самое плохое — мы и предполагать не можем, когда это все закончится.

Петростат на днях опубликовал данные, согласно которым промышленное производство в Петербурге в целом за период с января по октябрь упало на 2,8% по сравнению с таким же периодом 2019 года, и только в ноябре оно чуть-чуть подросло. В итоге за 11 месяцев спад составляет 2,6%. Больше всего упало производство текстильных изделий — 21%, на втором месте электрооборудование — 18%. Третий по величине показатель спада в фармацевтике: производство лекарств снизилось на 14,4%. И на четвертом месте — автомобили: 13,3%. Основные причины проблем понятны: резкое падение покупательского спроса, дефицит оборотных средств у предприятий.

Есть и громкие заявления о банкротствах. Объявить о несостоятельности своего бизнеса намерены владельцы книжной сети «Республика». В Петербурге у нее закрылись все четыре торговые точки. Правда, трудно сказать, насколько виновата в этом пандемия: по данным СПАРК, убытки компании еще в 2019 году превысили 100 миллионов рублей. По мнению Владимира Меньшикова, доля «вины» коронавируса в этом есть: в кризис «где тонко — там и рвется». С другой стороны, собственники сети владеют еще и мясоперерабатывающим производством — выпускают, например, колбасу и сосиски под маркой «Дымов». А уж есть-то во время пандемии народ точно не прекращал. И если бы владельцы считали нужным спасти свою книготорговлю за счет колбасы, то, видимо, сделали бы это.

— Падает сумма налогов в бюджет города — и растет безработица, — подчеркивает Меньшиков. — И у многих предпринимателей, и у сотрудников предприятий страх перед коронавирусом уже отступает по сравнению со страхом остаться без средств к существованию.

На федеральном и на городском уровнях с весны 2020 года действовали разного рода программы поддержки бизнеса.

Самой эффективной мерой поддержки сами бизнесмены считают выплаты по 12 тысяч рублей на каждого сотрудника. Но с июля таких выплат уже не было. Еще одна мера, говорит Владимир Меньшиков, коснулась тех, кто арендует площади, принадлежащие государству: с ними сразу продлили договоры аренды на три года. Это не освободило бизнес от арендной платы, но позволило ему чувствовать себя увереннее в перспективе.

— Если бы те меры, о которых говорят, были доступны на сто процентов, их, может, было бы и достаточно, — замечает Меньшиков. — Но беда в том, что воспользоваться этой помощью может примерно треть из тех, кто в ней нуждается. Одна из главных причин — распределение помощи по кодам ОКВЭД. Это специфический код, который предприниматель указывает при регистрации юрлица. Законодательство не запрещает впоследствии вести другую деятельность. И часто получается так, что при регистрации предприниматель написал «розничная торговля», а фактически потом мог заниматься и общепитом. Торговля продовольственными товарами не прекращалась, а рестораны и кафе были закрыты на протяжении трех месяцев. И вот теперь такой предприниматель фактически не может рассчитывать на какую-то поддержку.

Ирина Тумакова

https://fn-volga.ru/news/view/id/156276

Оставить комментарий

Необходимо войти, чтобы оставить комментарий.